Бим-Бад Борис Михайлович

Официальный сайт

Если свойства человека надлежащим образом развиты воспитанием, он действительно становится кротчайшим существом. Но если человек воспитан недостаточно или нехорошо, то это самое дикое существо, какое только рождает земля.

Платон

Бим-Бад Б. М. Апперцепция как категория агогики. Часть 3, заключительная

Автор: Б. М. Бим-Бад

Апперцепция как категория педагогической антропологии и педагогики

Часть третья, заключительная

Б. М. Бим-Бад

Логический анализ явлений и трактовок апперцепции

 Из рассмотрения истории интересующей нас категории видно, что в качестве термина апперцепция многозначна, она наполнялась различным содержанием в рамках отдельных направлений, школ, течений теоретической и экспериментальной психолого-педагогической науки. И каждая трактовка этой категории, каждая модификация ее значения имеет отношение к воспитательно-образовательной теории и практике.
Переходя от исторического к логическому анализу, подчеркнем, что на протяжении всей истории научного изучения апперцепции она понималась и понимается ныне как нечто, дополняющее перцепцию, примешивающееся к восприятию и перцепту (объекту и результату восприятия), и потому имеющее по сравнению с восприятием свои особые свойства.
Апперцепция и перцепция. В своем подавляющем большинстве ученые склонны трактовать апперцепцию как предпосылку и процесс восприятия как такового.
В современной психологии апперцепция обозначает зависимость восприятия от прошлого опыта, от общего содержа­ния психической деятельности человека и его личностных и инди­видуальных особенностей. В современной психологии под апперцепцией понимается процесс, в ходе которого которого новое содержание сознания, новое знание, новый опыт включаются в преобразованном виде в систему уже имеющегося "тезауруса" личности. Определяя собой влияние прошлого опыта на настоящее восприятие, апперцепция тем самым сильно влияет и на будущее.
Восприятие, таким образом, всегда предвзято, пристрастно, модифицировано эмоциями, воспоминаниями, предубеждениями. Ведь воспринимающий субъект определенной деятельности, опыта, интересов. Зависимость восприятия от особенностей личности, ее потребностей, желаний, опыта объясняется апперцепцией.
К изучению апперцепции давно уже стали применять экспериментальные методы исследования.
Апперцепция – родовое название для всех психических актов, благодаря которым, при активном участии внимания и при воздействии ранее сложившихся комплексов психических элементов, мы ясно и отчетливо воспринимаем данное психическое содержание, в частности, новое содержание урока.
Содержание и структура нашего предшествующего опыта в значительной степени предопределяет самую возможность восприятия и особенность нашего субъективного восприятия одного и того же предмета. Только благодаря нашему априорному опыту мы узнаем, учитываем, усваиваем то актуальное, что нам дано во внешнем и внутреннем мире.
Восприятие, таким образом, принципиально невозможно без апперцепции. Важной особенностью восприятия является его зависимость от прошлого опыта, знаний, всегда носящих на себе особый отпечаток неповторимо индивидуальной жизненной истории и в решающей степени определяющих собой индивидуально-психологические различия людей.
Формы апперцепции, ее объем, состав, условия осуществления не суть постоянные, неподвижные психические величины; они изменяются вместе с изменением психики человека.
Апперцепция и интеллект. Апперцепция включает в себя восприятие мыслящим себя в качестве мыслящего. Это рефлексия. Ее наличие или отсутствие определяет степень интеллектуальной, собственно человеческой степени развития человека.
Акты апперцепции суть акты внимания (П. Я. Гальперин, Ю. Б. Гиппенрейтер).
В механизмы формирования понятий встроены механизмы апперцепции.
Процесс апперцепции есть процесс узнавания и распознавания на основе прежних представлений, классификация и обозначение непосредственных впечатлений. Он принимает следующую форму: апперцепция базовый когнитивный процесс → память → перцепция → припоминание → процесс репрезентации (концепция Джерри Фодора о когнитивной деятельности и концепция Стивена Пинкера о языке как инстинкте) → сортировка.
Вся интеллектуальная жизнь человека есть частично осознаваемый, частично не осознаваемый процесс апперцепции, поскольку процесс апперцепции вовлечен в любой и каждый акт внимания (Карл Георг Ланге и Уильям Джеймс).
Научение. Как только мы апеллируем к опыту, мы сразу же сталкиваемся с проблемой его накопления, т. е. с процессами научения, в частности, обучения и учения.
Влияние опыта (апперцепционной массы) на поведение огромно. Адаптивное изменение поведения, или научение, и есть зависящее от опыта поведение. Апперцепировать – значит соотносить новое содержание сознания с системой уже имеющегося знания и (или) включать новое в эту систему. Апперцепция же в огромной степени определяет собой и выбор между возможностями при принятии решений (Искандер Шакиров).
Ныне существует практически полное единодушие относительно того факта, что восприятие модифицируется научением. В эпицентре споров находится другой вопрос: по каким механизмам осуществляется процесс апперцепционного научения. Здесь сошлись две теоретические трактовки этого вопроса: теория "открытия" и теория "обогащения".
Тезис об "открытии" развернула в своих исследованиях процессов научения Элеонора Гибсон. Она показала, что апперцептивное научение представляет собой процесс открытия способов, которыми прежде не замеченные и потому не учтенные потенциалы сенсорной стимуляции можно трансформировать в полезную и важныю для воспринимающего информацию.
В теориях "обогащения" апперцептивное научение понимается как расширение и углубление сенсорного опыта новыми ассоциациями и правилами интерпретации, которые извлекаются из прошлого опыта.
Теории открытия исходят из предположения, что модификация восприятий есть результат реакции на новые сенсорные стимулы, в то время как теории обогащения считают, что эта модификация есть продукт новой реакции на те же, ранее не принятые во внимание, стимулы. Теории обоих типов признают научение источником апперцепций, но сторонники теорий открытия полагают, что человек научается реагировать на все новые стимулы, а адепты обогащения что человек научается полнее, точнее глубже воспринимать один и тот же объект (явление, процесс).
Всеобщее признание апперцепционной роли научения не означает, что этим признанием ученые соглашаются с идеей исходной, изначальной зависимости восприятия от научения. Новорожденные и младенцы обнаруживают, как показали специальные изыскания, высоко организованные и стабильные функции восприятий. Научение предстает как дополнительный фактор восприятия, надстраивающийся над первоначальными. И это сталкивает нас с вопросом о врожденных предпосылках восприятия, понимания, участия человека в жизни окружающего его мира.
Эксперименты свидетельствует об улучшении способности идентифицировать объекты испытуемыми по мере приобретения ими практики распознавания образов.
Убедительные данные об апперцепционном характере восприятий получены из экспериментов по получению людьми сенсорной информации, противоречащей их прежнему опыту. Так, очки, снабженные клинообразной призмой, преломляют лучи света таким образом, чтобы расположение образов на сетчатке глаза меняется. Поэтому воспринимаемые объекты оказываются не в том месте, где их ожидает увидеть испытуемый, и попытки дотронуться до цели ему поначалу не удаются изза расхождения между видимым и действительным положением объекта.
Но если наблюдатели носят такие очки сколько-нибудь продолжительное время, то они научаются воспринимать пространство как искривленное и легко дотягиваются до предметов. Подобная же адаптация происходит по мере накопления опыта прежнего зрения без очков с призмой. Причем апперцепционное научение происходит тем скорее, чем более данные испытуемый активен, подвижен, чем больший опыт проб и ошибок он приобретает.
Спонтанное научение через инсайт неожиданная для самого организма комбинация ряда изолированных апперцепций. В результате новый опыт эффективного получения желаемого результата. Спонтанное научение противостоит научению путем проб и ошибок и продолжает научение.
Происхождение апперцепции одновременно и биологическое, и историческое, культурное. Врождены или приобретены апперцепции? И то, и другое. Врождена способность воспринимать, понимать этот мир и действовать в нем, а конкретное наполнение этих потенций индивидуальным содержанием зависит от прижизненной истории индивида. Единство апперцепции человека объяснимо только единством мира с устройством человека. Нейрофизиологический подход к различению ощущений и восприятий хорошо согласуется с данными психологии. Сложность и вариабельность перцептов как продуктов научения объясняется способностью центральной нервной системы устанавливать множественные связи между своими элементами.
Органом предупредительного восприятия, предвкушения и проектирования среды, с которой взаимодействует человек, А. А. Ухтомский считал мозг. Тем самым утверждался системный подход к взаимодействию, который противопоставлялся воззрению на мозг как на комплекс рефлекторных дуг. Под доминантой он понимал системное образование, которое определяется актуальными потребностями организма и историей организма как целостной системы. (М. Г. Ярошевский).
Понимание. Апперцепция понимается как усвоение, осознание чего-либо, например, новых идей, с помощью уже имеющегося опыта. Когнитивный подход к пониманию постулирует осознанное восприятие, требующее напряжения воли, необходимое для понимания значения (например, акт "схватывания" понятия в эмпириче­ском представлении).
Узнавание предшествует пониманию. И узнавание, и понимание суть акты, невозможные без апперцепции. Единство мира есть основание тождества апперцепции, т. е. способности человека к пониманию. Сама же интерпретация ведется по фактам. Из этого тезиса вырастает идея герменевтического круга (С. Н. Мареев, Е. В. Мареева).
Интерпретация неотторжимо связана с пониманием и открытием новых смыслов.
Знание существует не только в языке и посредством языка. Оно существует в орудии, в организации государства, семьи и гражданского общества. Индивидуально накопленный опыт взаимодействия с этими реальностями предопределяет характер понимания.
Фиксируя этот факт, Гадамер фактически объясняет антиципацию (предвосхищение) апперцепцией, говоря, что понять нечто можно лишь благодаря заранее имеющимся относительно него предположениям, а не когда оно предстоит нам как что-то абсолютно загадочное. Антиципации могут оказаться источником ошибок в толковании и предрассудки могут вести к непониманию. За намерением понять нечто стоят собственные наши глаза и собственные наши мысли, коими мы это вот видим.
Высказанная Альфредом Уайтхедом мысль о том, что понимание есть апперцепция стереотипа, объясняет ощущение, которое сопровождает понимание.
Сознание предстает как субъективная интеграция восприятия мира от момента к моменту. И тем, насколько хорошо осуществляется эта интеграция, определяется уникальная адаптивная реакция индивида на существующее. Если апперцепция есть субъективное восприятие, то трансцендентальная апперцепция есть объективное восприятие при его субъективности.
Апперцепция включает в себя и бессознательный компонент. Этот компонент составляют, в частности, апперцепционные массы обычаев. Так, народные верования, обычно скрываемые от монотеистических религий, отрицающих и преследующих их, во многом предопределяют специфику восприятия общественных явлений массами (В. Ф. Асмус).
Джером Брунер для обозначения факта социальной обусловленности восприятия, его зависимости не только от характеристик стимула объекта, но и прошлого опыта субъекта, его целей, намерений, значимости ситуации и т. д. ввел понятие социальной перцепции. Было экспериментально установлено, что восприятие социальных объектов обладает рядом специфических черт, качественно отличающих его от восприятия неодушевленных предметов (другой человек, группа, социальная общность; принадлежность к своей или "чужой" группе). Отсюда особенности т. н. коллективного поведения.
Апперцепция предстает здесь как индивидуальный фильтр, работающий по механизму актуализации внимания, тревожности, индифферентности и т. д. Восприятие избирательно. Джером Брунер экспериментально подтвердил, что восприятие избирательно. Оно поддается действию личного прошлого опыта и сформированных на его основе гипотез.
Роль языка в транцендентальной апперцепции. Языки представляют собой субстрат априорных правил, в которых заранее выносится решение о возможном описании и объяснении вещей в той мере, в какой они образуют некую закономерную взаимосвязь. Таким образом достигается единство осознания предметов и самосознания. Современные науки о человеке, исходящие из семиотической или же аналитически языковой основы рефлексии, постулируют, что путем интерпретации знаков должна быть достигнута интерсубъективно единая интерпретация мира.
Воображение. Трансцендентальная сила воображения берет на себя роль исходного момента и опосредствования чувственности и рассудка, представления и предмета, субъекта и объекта, материального и идеального и т. п. (В. И. Молчанов). Воображение осуществляет связь рассудка и чувственности, образует "чувственное понятие", благодаря которому осознается, т. е. как бы впервые создается для нас, сам предмет знания, предмет нашей деятельности. Воображение есть способность к важнейшему акту познания, который осуществляет функцию систематизации, причем не только в области чувственно-рассудочной деятельности, но и в теоретическом познании, способствуя систематичности и единству познания в целом (И. П. Фарман).
Апперцепция как одна из причин индивидуальных различий и развития человека в целом. Взаимодействие новорожденного и среды изначально опосредствовано всегда индивидуальными свойствами малыша, да и его среды тоже.
Внутриутробный опыт, вероятно, может накапливаться. Уже за несколько месяцев до своего появления на свет слышал доносившиеся до него звуки. Мы точно знаем, что от громкого звука ребенок еще внутри матери начинает стучать ножками.
Предшествующий опыт диктует и выражение, действие как результат восприятия.
Закон апперцепции гласит: всякие восприятия и действия опосредствованы 1) внутренним состоянием ор­ганизма в данный момент и 2) объемом, характером и содержанием предшествующего опыта.
Аксиома апперцепции констатирует зависимость всех последующих восприятий от содержания и структуры предшествующего опыта. В ней отражен тот фундаментальный факт, что одно и то же воздействие производит несходное впечатление на разных людей из-за заведомых различий в их индивидуальном опыте.
Это означает, что даже однояйцовые близнецы, имеющие совершенно одинаковую наследственность, не могут вырасти во всем равными людьми. Различия в их характерах, ценностях и отношениях неизбежны потому, что на них заведомо по-разному будет действовать одна и та же среда, семья, культурная атмосфера.
Все жизненные перипетии будут преломляться через призму того, что получено и стало убеждением в начале жизни. Все первое в человеческом восприятии, как правило, определяет характер последующего.
Гельвеций, один из великих знатоков человеческой природы, проводит такой мысленный экс­перимент. Он берет однояйцовых близнецов, у которых абсолютно идентичная наследственность, одинаковый набор хромосом и одно и то же их расположение. Таким образом, близнецы, если и различаются характером и особенностями, то не потому, что эти характеры и особенности врож­денны, а потому что они приобрели эти различия в ходе их развития.
Вот, у Гельвеция, новорожденных близнецов впервые выводят на прогулку. Яркий летний день, блеск и слава мироздания, сияние солнца, зефир, аромат растений. Но у одного из близнецов в этот самый день, как назло, ужасно болит живот. И первое столкновение с красотами природы ему совсем не в радость.
Безжалостный Гельвеций сажает этому несчастному на щеку шмеля, который его жалит. С этим страдающим близнецом происходят еще всякие иные несчастья. И у него, если он имеет под­вижную нервную систему, может закрепиться довольно-таки равнодушное, если не сказать больше, отношение к хорошей погоде.
Первые столкновения с яркими событиями (как, впрочем, и последующие), оказывается, зави­сят от внутреннего состояния организма. Ни у одного человека эти состояния не совпадают с со­стояниями другого человека.
Поэтому, казалось бы, одна и та же обстановка, одна и та же красота, одна и та же семья, одна и та же среда, одно и то же сочетание обстоятельств заведомо вызовет в разных людях разное отношение, реакцию, восприятие. Действует закон апперцепции.
Последующие восприятия предопределены содержанием и характером предшествующих. И че­ловеческий опыт накапливается, как снежный ком, в центре коего находится все самое первое. Отсюда так бесконечно важны первые восприятия.
Закон апперцепции объясняет, почему мы что-то любим, чего-то не любим и как нам трудно перестраиваться. Мы предпочитаем наши первые восприятия последующим.
Тот же закон дает объяснение неожиданных для себя поступков. Человек не знает своих апперцепций. Апперцепции должны стать содержанием образования.
Не наслоение тех или иных пластов культуры делает человека человеком. А взаимодействие присваиваемой культуры с особенностями характера, с особенностями тела человека, с особенностями темперамента, с особенностями первоначальных отношений к близким, к первоначальным и потому сильным восприятиям самых разных вещей.
Человеческое существо становится и развивается по закону апперцепции, т. е.  присвоение культуры происходит в сложном взаимодействии уже присвоенного с последующим восприятием. Самый характер содержания форм последующих восприятий зависит от накопленного опыта. Мы сталкиваемся с проблемой "сложных процентов" в человеке как непрерывном процессе переработки культуры.
Но каковы бы ни были проявления апперцепции, как бы сильно ни зависела судьба человека от первых впечатлений, все же он обладает способностью к трансформации, к переконструированию апперцептивной массы.
Аксиома апперцепции здесь не отменяется. Она объясняет сложность, мучительность этой внутренней работы, содержанием которой становится замена установок и принципов (максим), переоценка ценностей.
Апперцепция не только предполагает различия в восприятиях, но и объясняет эти различия. апперцепция и причина, и следствие, и предшествующее, и следующее за восприятием. Она обеспечивает способность мыслить и действовать.
Объективность апперцепции. Трансцендентальное единство апперцепции выступает как коллективное бессознательное, как априорные категории, организующие восприятие. Как надличностное, надындивидуальное, всеобще-историческое и специфически историческое. Здесь на авансцену выходит этнорелигиозное, этноморальное, этическое, социальное в его разновидностях. Именно здесь корень совести.
Субъективность апперцепции. Одновременно апперцепция как личностный опыт, как неумирающая индивидуальная прижизненная история личности, как предшествующие кадры жизненной "кинопленки". Как моменты индивидуальной "ленты времени". Здесь корень проективных методов диагностики.
Ни объективность, ни субъективность апперцепции не отменяют друг друга. Они находятся в целостном едином поле. Они живут и работают одновременно.
Апперцепция насквозь темпоральна, она немедленно выводит нас на фактор времени и тем самым задает динамику человеку как процессу.
По мере взросления человека апперцептивный про­цесс постепенно ускоряется как бы под действием сложных процентов: при­ращенный опыт дает увеличенный процент, тот снова ведет к росту вло­женного в человека духовного капитала.
Родившись, человек постепенно присваивает культуру быта, а ранее всего удовлетворения своих ближайших, непосредственных потребно­стей. На этом фундаменте строится всё остальное, поэтому он так важен.
Зависимость каждого нового впечатления от структуры и содержания предыдущих впечатлений называется апперцепцией.
Накопление апперцептивной массы впечатлений. апперцепция кон­статирует подчиненность всех последующих восприятий содержанию и структуре предшествующего опыта.
Опыт – это запечатленные памятью ход и результат встречи и взаимо­действия среды с внутренними состояниями организма.
Индивидуальный опыт каждого человека совершенно уникален: ведь он зависит от постоянно меняющихся внутренних состояний организма, от ко­лебаний настроения и от их сочетаний с внешними обстоятельствами. Внутренние же состояния всегда за­ведомо различны у разных людей и не­редко меняются у одного и того же человека. А последующий опыт законо­мерно зависит от предшествующего.
Проявления апперцепции. Апперцепция заставляет нас присмотреться к истории индивидуальной жизни и обратить внимание на те самые первые взаимодействия человека с окружающим миром, который неизбежно предопределяет все последую­щее.
Ребенок – отец человека. И чем глубже мы уходим к самому раннему детству, тем больше у нас шансов понять прижизненную историю человека.
Пластичность апперцепции. Зависимость последующих восприятий и реакций от предшествующих, конечно, не фатальна, не абсолютна. Она скорее ситуативная, варьируемая обстоятельствами. Здесь нет предопре­деленности.
От типа, характера, стиля, культуры общения, с которой впервые знако­мится новорожденный человек, зависит впоследствии восприятие им более сложных и глубоких пластов культуры.
Зависимость последующих восприятий и реакций от предшествующих не фатальна, не абсолютна. Она скорее ситуативна, варьируема обстоятель­ствами. Здесь нет предопределенности. Часть восприятий забывается, их воздействие на дальнейшую жизнь ослабевает и может почти не участво­вать в настоящем и будущем.
Но в подавляющем большинстве случаев преемственность между от­дельными частями "жизнекинопленки" существует, даже и между затемнен­ными кадрами.
Подчас последующие события драматическим образом сами изменяют характер предыдущих восприятий. Пусть пережитое, выстраданное и при­вычное дорого человеку, но иногда приходится многое вытеснить новым. Как бы трудно это ни было. Как сказал поэт, "И я сжег все, чему поклонялся, поклонился всему, что сжигал".
Это болезненный процесс внутренней перестройки человека. В той или иной мере он неизбывен. Трудно найти более серьезный и важный процесс духовного труда, учиться которому означает тренировать рефлексию и ло­гику, последовательность и волю.
На первом году жизни возникают апперцепции любви, доверия и зависи­мости от других людей. Младенцы начинают улыбаться людям начиная приблизительно с двух месяцев. Эти реакции формируют основу для здо­рового эмоционального и социального развития на протяжении всего дет­ства.
Все исследова­тели детства согласны в том, что проявления симпатии свойственны ребенку в самом раннем возрасте, в начале его жизни. Значи­тельно раньше, чем ребенок станет в состоянии отдавать себе от­чет в ок­ружающем, различать ухаживающих за ним людей, в его реакциях появля­ются признаки отношения симпатии.
В свете индивидуальной психологии (Адлер) уменьшается важность проблемы наследственности, так как важно не то, что наследует человек, а то, что он делает со своей наследственностью в ранние годы, иными словами, важен прототип, который формируется ребенком в его окружении. Наследственность, конечно же, ответственна за врожденные органические дефекты, но наша задача заключается в том, чтобы облегчить частные трудности и поместить ребенка в более благоприятную ситуацию.
Пока человек находился в благоприятных обстоятельствах, ошибки его прототипа не проявлялись: в каждой новой ситуации, реагируя согласно своей схеме апперцепции, созданной его прототипом, он вынужден экспериментировать. Его ответы окружающему миру уже не являются только реакциями. В них появляется элемент творчества, но при этом они все также преследуют цель, которая доминирует на протяжении всей его жизни. Ясно, что прототип отвечает на жизненные ситуации в соответствии со своей собственной схемой апперцепции. Поэтому, чтобы достичь желаемого результата терапии, психологу необходимо работать именно с ней.
Не лишним будет подчеркнуть, что наказаниями, замечаниями и увещеваниями ничего не достигнуть. Когда ни ребенок, ни взрослый не знают, что же необходимо изменить, воспитание остается бесплодным. Непонимание только порождает в ребенке скрытность и трусливость, но прототип его не изменят никакие наказания и поучения, как не изменит его и жизненный опыт как таковой, ибо он определяется уже имеющейся схемой апперцепции индивида. Какие-либо изменения мы сможем произвести, лишь затронув самые основы личности.
Когда формируется прототип – ранний вариант личности, воплощающий цель, – устанавливается направление и ориентированность жизни индивида. Все это дает нам возможность предсказывать, что случится в его жизни в дальнейшем. Ребенок будет воспринимать различные ситуации не такими, какие они существуют в действительности, но согласно личной схеме апперцепции, иными словами, он будет воспринимать ситуации сквозь призму предубеждений своих личных интересов.
В связи с этим был обнаружен весьма интересный факт, что дети с органическими дефектами связывали весь свой опыт с функционированием поврежденного органа. К примеру, ребенок с желудочными расстройствами проявлял повышенный интерес к еде, тогда как другой, с дефектом зрения, был более озабочен вещами, на которые нужно смотреть. Это повышенное внимание связано с личной схемой апперцепции, которая, как мы уже сказали, характеризует личность в целом. (Альфред Адлер. Наука жить).
Апперцепция как творчество и его предпосылка. Эту сторону дела глубоко изучил И. И. Лапшин. В своей обширной двухтомной работе "Философия изоб­ретения и изобретения в философии" Лапшин отказывается от упрощенного объяснения открытий и изобретений ссылками на простые ассоциации идей, счастливые стечения обстоятельств и другие факторы механического характера. Он цитирует слова Лагранжа: "В великих открытиях случай благоприятствует только тем, кто его заслуживает". Лапшин приводит ряд примеров, показывая, что счастливый случай сопутствует только тому ученому или изобретателю, который уже какимто образом подготовил цельную апперцептивную систему, обладает богатой и натренированной памятью и концентрирует свое внимание на одной специфической проблеме. (Н. О. Лосский).
Наконец, важно подчеркнуть, что апперцептивные массы амбивалентны. Они только вероятностно детерминируют восприятие и самосознание.
Итак, апперцепция – и процесс, и продукт, и качество человеческого познания. Именно апперцепция объясняет, каковы источники и надежность человеческого знания; как человек воспринимает внешнюю и внутреннюю информацию и как это восприятие влияет на его поведение; как человек изучает мир, насколько адекватно; существуют ли врожденные идеи ли весь опыт происходит от контакта с внешним миром, опосредстсвованным органами чувств; каково соотношение между врожденными факторами и результатами научения в процессах восприятия.

Прикладное значение знаний об апперцепции для педагогической практики

В широком смысле проблема апперцепция – основная проблема педагогики, в узком смысле это ряд взаимосвязанных проблем, количество которых имеет тенденцию к возрастанию: апперцепция выступает в качестве одной из важнейших причин индивидуальных различий. Среди этих проблем находятся вопросы накопления опыта, научения, понимания, интерпретации, содержания и характера воображения и фантазий. Избирательность внимания и памяти. Система отношений к людям, институтам и социуму. Диагностика нормы и отклонений от нормы в областях характерологии, ценностных ориентаций и т. д.
Как и все другие кардинальные концепты воспитания, образования и обучения, апперцепция непосредственно и опосредствованно вовлечена во все их важнейшие закономерности, процессы, явления и факты. И педагогические изыскания в известной мере сводятся к изучению апперцепции и апперцептивных образований.
Значение для практических воспитательно-образовательных процессов закона (аксиомы) апперцепции также расширяется: он требует не только согласования обучения с непосредственной средой, но и с коллективным содержанием.
Воспитание. Закон золотого совпадения согласуется с законом апперцепции и природой неосознаваемых воздействий среды, прежде всего научения.
Суть закона золотого совпадения вот в чем.
Воспитание есть вмешательство в поток жизнедея­тель­ности воспи­танников. Вмешательство в форме организации жизни и наполнения ее неким содержанием.
Но принуди­тельное управле­ние развитием ре­бенка без вклю­чения в него са­моуправления воспитуемых или бесполезно или вредно.
Поэтому существует закон соответствия воспитательного вмеша­тельства характеру стихийного процесса становления развитая личности. Это закон оптимального соотношения воспитательного вмешательства в жизнь растущего человека с активностью воспитуемого.
Правильно развивающийся человек должен понимать и принимать требования, рекомендации, запреты воспитания.
Со­блюдение этого закона обеспечивает принятие воспитания воспи­туе­мыми. Без принятия уча­щимся активного участия в воспитательном процессе нау­чить его ничему невозможно. Педа­гог помогает питомцам при­своить куль­туру, но он не в состоя­нии делать этого за них, вместо них. Растущий чело­век задыхается и хи­реет, когда ему не дают простора для саморазвития, са­мосовершенст­вова­ния.
Закон апперцептивной последовательности воспитания  гласит: все самое лучшее как можно раньше (но не все с самого начала!), ибо последующее зависит от предшест­вующего в жизни человека.
"Новый сосуд долго пахнет тем, чем наполнили его впервые". (Гораций).
По мере созревания человека как можно раньше важно предоставлять ему образцы хорошего вкуса. И, вообще, образцы всего качественного чувств, мысли, дела, слова, поступков, образа и стиля жизни.
Если в том или ином возрасте обязательно понадобится человеку то или иное качество, то предусмотреть становление и укрепление этого качества с помощью воспитания надо как можно раньше по ходу человеческой жизни.
Например, в старости от человека потребуется очень много мужества. Но откуда его взять, если оно не было заложено в него ранним воспитанием?
В проблеме отбора культуры для правильного воспитания самое трудное даже не определение ее конкретного содержания (оно вычленимо хотя бы из биографий замечательных людей, представителей дела, мысли, слова), а расположение ее пластов в оптимальной последовательности.
Такое расположение, которое бы давало индивидуально подобранную и элективную культуру.
Но ум не только форма и не только содержание способностей и зна­ний, а синтез того и другого. Функционирование ума возможно только как непрерывное слияние его формальных компонентов с содержанием апперцепции.
Роль опыта. Влияние индивидуального опыта на становление и развитие ума весьма велико. Человеческий опыт накапливается главным образом благодаря апперцепции. Этот закон объясняет, почему так важны процессы накопления, переструктурирования опыта решения задач и жи­тейских, и познавательных.
Трудности детей при решении задач дедуктивного вывода происходят скорее от узкого объема их памяти, чем от ограниченности дискурсивных способностей.
Для педагогики это означает необходимость сугубого внимания к содер­жанию апперцепции в связи с изменениями личного опыта. Рост и изменения в содержании апперцепция как интериоризованного тезауруса личности зависят от конкретных условий окружающей культурной среды.
Установка и направленность личности. Один из важнейших результа­тов системы апперцепций установка. Это готовность человека к совер­шению действия, которое может удовлетворить те или иные его потребно­сти.
И это направленность личности, которая зависит от содержания и струк­туры всего предшествующего опыта.
Казалось бы, одни и те же условия жизни и быта или все происходящее в классной комнате, одинаковы для всех ребят, но действие на каждого они оказывают разное. Разное потому, что различны установки детей.
Возникает парадоксальная ситуация: стимулировать, вызывать к жизни новую потребность можно, только опираясь на уже имеющуюся потреб­ность. Имеющиеся же потребности зависят от общей направленности лич­ности. Общая направленность личности может изменяться только по мере появления в ней новых и новых потребностей.
Казалось бы, замкнутый круг. Но многочисленные эксперименты пси­хологов, прежде всего школы Д.Н. Узнадзе (18861950), показывают, что этот круг можно прорвать.
Установку есть возможность создавать, организовывать, обеспечивать. Это и есть важнейшая задача воспитания. Но сделать это можно, только учитывая характер всего предшествующего опыта данного человека. Всю накопленную и сохраненную им апперцептивную массу впечатлений.
Издавна известно, что ум с сердцем не в ладу, что логические решения противоречат подчас влечениям и желаниям. "Жизнь сердца" это апперцептивно продолженные восприятия, идущие из детства. Это страхи, пристрастия, оценки, установки, ценности. При рассогласовании этого "до­разума" с постепенно созревающим разумом получается, как у героя Ф.М. Достоевского: "Что уму представляется позором, то сердцу сплошь красо­той".
Проблема цели воспитания тесно связана и с апперцепцией ценностей. Постепенно становящихся в человеческом сознании и в подсознании тоже, в системе чувств, эмоций, непосредственных реакций и предвосхищений жизненных ситуаций, которые в человеке складываются и по очень сложным процентам изменяются по мере приобретения им жизненного опыта. На самом деле ценности и оценки в огромной степени руководят поведением людей.
На фундаменте трансцендентальной апперцепции надстраивается личная (эмпирическая, чувственная, индивидуальная) апперцепция. Но если она останется только личной, то человек обречен на непонимание других и другими.
Апперцепционность индивида означает его отъединенность от других, преодолевать которую способен только разум, общий всем и наделенный способностью постигать общее для всех.
Необходимость диалога в приближении к истине вообще, и в образовании тоже – следствие неизбежной апперцепции. Ибо преодолеть субъективность всерьез можно только с помощью диалога.
Стимулировать, вызывать к жизни новую потребность можно, только опи­раясь на уже имеющуюся потребность. Имеющиеся же потребности зависят от общей направленности личности. Общая направленность личности мо­жет изменяться единственно по мере появления в ней новых и новых по­требностей. Казалось бы, возникает замкнутый круг. Однако многочисленные эксперименты показывают, что этот круг можно разорвать, поскольку установку есть возможность создавать, организовы­вать, обеспечивать. Это и есть задача воспитания. Но сделать это можно, только учитывая характер предшествующего опыта данного человека.
Диагностика, профилактика, прогноз, сама терапия для своего правильного выстраивания нуждаются в знании о системах апперцепций данного индивида.
Вот почему необходимо изучать апперцепции воспитанников с помощью тематических и иных апперцептивных тестов.
Обучение. Восприятие учебного материала учащимися зависит не только от  особенностей его преподнесения учителем, но и специфики реципиента, от характера его апперцепции в данный момент. Начинать введение нового учебного материала можно только предварительно выяснив имеющиеся представления у членов группы и осторожно, если нужно, скорретиктировав их с помощью эвристической беседы.
Обучение базируется на ассоциации идей и элементов опыта. Мышление детерминирует распределение идей между апперцепцией и подсознательным с помощью апперцепции. Апперцептивная теория экспериментально обоснована Жаном Пиаже. Новые идеи вступают в ассоциативную связь с имеющимися идеями, образуя понятийную матрицу (апперцептивную массу). Установившаяся масса апперцепций нуждается в аккомодации к новому опыту. Это предполагает как интеллектуальное лидерство учителя, так и спонтанную творческую активность учеников.
Закон апперцепции обязывает воспи­тателя при­вя­зывать содержа­ние усваиваемой культуры к налич­ному знанию питомцев о себе и об окружающем их мире. Вредно принуждение учащихся к усвое­нию информации, смысл и личностное значение которой усколь­зает от их чувств и апперцепция.
Совершенно бесполезно человеку, не знающему азов алгебры, втолковывать математический анализ. Есть необходимость учебной последовательности, предполагающей апперцептивное накопление опыта.
Апперцепционность учащегося требует начинать любое обучение с того, что ему близко, интересно и важно. Новый материал может контрастировать с привычным, но и в самом контрасте отталкиваться от известного. Например, чтобы ввести понятие вигвама, надобно связать его с известными детям типами укрытий от непогоды, дома, шалаша. Иногда полезно столкнуть человека с чем-то экзотическим, непривычным, совсем чужим, абсолютно новым. И это может вызвать сильную мотивацию, учение может вызвать интерес. Но человек даже не заметит этого нового, если в его опыте нет ничего, что позволило бы ему сравнить новое со старым.
Все, что есть в обучении, должно опереться на предшествующий опыт. И лучше всего, если в этом опыте будет то, что близко, важно и нужно данному человеку.
Выработка навыков, тренаж полезны в тех случаях, когда речь идет о достижении мастерства, притом осознанном и добровольном достижении мастерства. Конечно, гештальтисты правы, когда выступают за комплексное обучение на его ранних ступенях. Это объясняется целостным характером восприятия.
В. Ф. Одоевский совершенно правильно замечал, что ребенку не нужна лошадь по частям, ему нужна целая лошадь. Но важно и необходимо дополняющее движение от элемента к целому. Да, лошадь необходима целиком как нечто существующее, но одновременно для развития умственных сил растущего человека важно и понимание исторического происхождения лошади, т. е. ее развития из зародыша, ее становления, роста ее качеств и свойств.
В. В. Давыдов оправданно требовал начинать обучение с категорий, с апперцепирования категорий: тогда весьма облегчается эмпирическая апперцепция.
Закон апперцепции обязывает воспи­тателя при­вя­зывать содержа­ние усваиваемой культуры к налич­ному знанию питомцев о себе и об окружающем их мире. Вредно принуждение учащихся к усвое­нию информации, смысл и личностное значение которой усколь­зает от их чувств и апперцепция.
Совершенно бесполезно человеку, не знающему азов алгебры, втолковывать математический анализ. Есть необходимость учебной последовательности, предполагающей апперцептивное накопление опыта.
Закон требует начинать любое обучение с того, что близко, интересно и важно человеку. Новый материал может контрастировать с привычным, но и в самом контрасте отталкиваться от известного. Например, чтобы ввести понятие вигвама, надобно связать его с известными детям типами укрытий от непогоды, дома, шалаша. Иногда полезно столкнуть человека с чем-то экзотическим, непривычным, совсем чужим, абсолютно новым. И это может вызвать сильную мотивацию, учение может вызвать интерес. Но человек даже не заметит этого нового, если в его опыте нет ничего, что позволило бы ему сравнить новое со старым.
Все, что есть в обучении, должно опереться на предшествующий опыт. И лучше всего, если в этом опыте будет то, что близко, важно и нужно данному человеку.
И система повторения учебного материала нуждается в учете содержания апперцепции, а – не только кривой забывания Германа Эббингауза.
Содержание образования. "Вопрос распределения предметов в учебном плане не является простым. Сам по себе простой и ясный, принцип этот нелегко осуществим в практическом приложении. В основании этого принципа лежит учение апперцепции.
Апперцепция состоит в сочетании и слиянии прошлого с настоящим значит, как предварительная ступень, для нее необходимо оживление соответствующих частей прошлого. Новый материал должен связываться в душе с тем материалом, который может быть с ним сопоставлен.
"Обволакивание" нового материала элементами прошлого фиксирует и подчеркивает те вехи, ступени, по которым можно идти к познанию предмета.
Например, слушая лекции, мы, как принято говорить, входим в мир идей, сообщаемых нам в первый раз профессором; мы слушаем, совсем не будучи знакомы с материалом, предлагаемым нам, но мы не только его усваиваем, но иногда даже можем прозревать нить мысли вперед. Конечно, мы понимаем и усваиваем это с помощью учителя. Это явление совершенно аналогично воодушевлению ребенка, способного в присутствии матери совершить то, что без нее было бы для него совершенно немыслимо. Присутствие старшего учителя, матери страхует от трудностей, дает силы, как бы сообщает тот апперцепирующий материал, которого нам не хватает.
Мы в присутствии авторитета способны пробраться туда, куда без него бы, конечно, не дошли: для этого у нас не оказалось бы своих данных. Мы берем как бы напрокат не наши силы. Это не одно только пребывание с авторитетом но пользование им. Именно потому можно условно назвать это "переносом" апперцепции: мы апперцепируем с помощью того, чем обладает учитель. Присутствие авторитета, дающее опору и чувство уверенности ученику, влияет коренным образом на всю его установку. Оно обогащает ученика тем, чего у него не имеется. Если устранить учителя, то все вдохновение пропадет. Это явление объясняет творческое значение авторитета в школе, оно поднимает детей с их уровня на более высокий, оно вызывает развитие, создает творческий скачок вперед." (В. В. Зеньковский).
Метод, примененный Коменским и заключающийся в изучении сразу всего целого, с большим и большим углублением в это целое в течение последующих лет и постепенным усвоением в нем подробностей, можно было бы назвать принципом концентрических кругов. При этом самый низший круг отличается наименьшей величиной, каждый последующий больше предыдущего, и весь ряд этих ступеней идейного характера построен по схеме, которую представляет волчок или точнее опрокинутый на вершину прямой конус (в математическом смысле).
Например, с центральной личностью Христа могут близко познакомиться даже маленькие дети, а ветхозаветные личности заслуживают внимания и на высшей ступени. Между тем обыкновенно ученики знакомятся с личностью Христа только во вторую половину школы; о ветхозаветных же личностях сохраняется детское представление, соответствующее тому, как они были восприняты. (Пауль Барт).
Неизбежность расхождения в реакциях, различий в восприятии между взрослыми и детьми. Учитель подчас ждет реакции детей, похожей на его собственную реакцию. Но опыт взрослых людей и опыт наших воспитанников заведомо разнится. Разнится по содержанию, по объему, по качеству, по структуре. Именно он определяет собой характер и степень реакции и сам характер и степень восприятия. Потому что человек в своем восприятии активен и эта активность сама зависит от содержания его апперцепций.
 
©Борис Михайлович Бим-Бад, 2007.
 
 

 




Понравилось? Поделитесь хорошей ссылкой в социальных сетях:



Новости
25 мая 2016
Тодосийчук, А. В. Науке нужны кадры и спрос на инновации

О финансировании науки

подробнее

06 мая 2016
Арест, Михаил. Проблемы математического образования 21 века

Вызовы нового времени и математика в школе

подробнее

26 апреля 2016
Ян Амос Коменский. Матетика, т. е. наука учения. Окончание

Окончание трактата Яна Амоса Коменского «Матетика»

подробнее

17 февраля 2016
Ян Амос Коменский. Матетика, т. е. наука учения

Деятельность учения сопровождает деятельность преподавания, и работе учителя соответствует работа учеников. Теоретически и практически это впервые показал Ян Амос Коменский, развивавший МАТЕТИКУ, науку учения, наряду с ДИДАКТИКОЙ, наукой преподавания.  
 
Трактат Коменского «Матетика, то есть наука учения» недавно был переведён на русский язык под редакцией академика РАН и РАО Алексея Львовича Семёнова.

подробнее

17 января 2016
И. М. Фейгенберг. Пути-дороги

Автобиографическая статья выдающегося психолога и педагога Иосифа Моисеевича Фейгенберга (1922-2016)

подробнее

Все новости

Подписка на новости сайта:



Читать в Яндекс.Ленте

Читать в Google Reader


Найдите нас в соцсетях
Facebook
ВКонтакте
Twitter